Как защитить зеленые зоны Петербурга?

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Роль градостроительного планирования и нормативов озеленения

Михаил Иванович Амосов, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, кандидат географических наук

Вопрос сохранения и приумножения зеленых насаждений общего пользования относится к числу наиболее актуальных для всех крупных городов мира. История градостроительства свидетельствует о том, что почти всегда развитие городов приводит к конфликтам вокруг зеленых насаждений.

Еще в XIX веке, в эпоху бурной индустриализации в Англии, эта тенденция проявилась в полной мере. Во многом ради создания механизма, обеспечивающего сохранение зеленых зон, в 1909 году британским парламентом был принят первый в мире закон, обязывающий муниципалитеты разрабатывать и принимать генеральные планы городов. Их непременным атрибутом стало выделение зеленых (парковых) зон, не подлежащих застройке.

В нашей стране в советское время при составлении генеральных планов быстро растущих городов периода индустриализации также значительное внимание уделялось сохранению и расширению общедоступных озелененных пространств (генплан Москвы 1935 года и др.). В Ленинграде при создании генеральных планов 1930–1940-х годов озеленение также было одним из приоритетов. Так, после окончания Великой Отечественной войны были созданы Приморский и Московский парки Победы, Южно-Приморский парк и др.

Впрочем, нередко ради интересов развития промышленности или из-за нехватки средств власти отказывались от хорошо продуманных проектов озеленения. В послевоенном Ленинграде так и не была создана зеленая зона вдоль планировавшегося Южного Обводного канала (на его месте теперь ул. Турку, Бассейная ул. и др.). Не была реализована идея главного архитектора города Н.Ф. Баранова о создании Центрального городского парка, который предлагалось протянуть от озелененной эспланады Кронверка на северо-запад вдоль берега Малой Невы вплоть до Петровского острова, который также предполагалось превратить в парк.

Одна из причин такого рода неудач в зеленом строительстве была в том, что генеральные планы советского времени не были строгими юридическими документами. Они выполнялись настолько, насколько считали необходимым партийные органы. В 1990-е годы, когда в нашу жизнь были возвращены рыночные отношения, такая юридическая «мягкость» генеральных планов и других градостроительных документов советской эпохи открыла возможность для масштабного наступления на зеленые зоны.

Новый генеральный план Санкт-Петербурга – уже в виде городского закона – был принят только в 2005 году. Однако скоро выяснилось, что масштаб карт генерального плана и большая степень обобщения, необходимая в этом документе, позволили взять под защиту закона только крупные объекты – парки, наиболее значимые скверы и бульвары, а вот наиболее уязвимые небольшие зеленые зоны остались без защиты, поскольку в генеральном плане они рассматривались как части иных функциональных зон (в большинстве случаев как часть жилых зон). Это открывало возможность любому девелоперу требовать продажи ему свободных земельных участков в этих зонах – в том числе и озелененных.

Для того чтобы остановить этот процесс и защитить существующие зеленые зоны, мы в городском Законодательном собрании решили создать специальный правовой акт – закон о зеленых насаждениях общего пользования (закон о ЗНОП). Он представляет собой перечень всех ЗНОПов города (кроме городских лесов) с описанием их границ. Закон о ЗНОП был принят в 2007 году. Именно этот, уникальный для России документ позволяет сегодня «прятать» парки, сады и скверы от взгляда застройщиков. За прошедшее время закон неоднократно изменялся, как правило, в сторону расширения перечня охраняемых зеленых зон, хотя бывали и обратные случаи. Всего к настоящему времени под защитой закона о ЗНОП находится около 5,5 тыс. зеленых зон Петербурга!

Однако и закон о ЗНОП не решил всех проблем. Ведь он взял под защиту только существующие зеленые зоны. А как быть с районами новой застройки, где тоже нужны озелененные пространства? А как определить (я бы сказал – как измерить) необходимость в создании новых зеленых зон в районах строй застройки?

Надо сказать, что положение с созданием новых зеленых зон усугубляется еще и тем, что в региональных нормативах градостроительного проектирования, принятых в Санкт-Петербурге, нет обязанности планировать создание зеленых зон.

Попытка решить выше поставленные вопросы была предпринята во время одной из многочисленных корректировок все того же закона о ЗНОП. Сейчас в нем для разных районов города установлены осредненные нормы озеленения. Для административных районов в центральной части и Колпина минимальная обеспеченность зелеными зонами определена в 6 кв. м/чел., для районов с преобладанием жилой застройки 1960–1980-х годов – 12 кв. м/чел., для Курортного, Пушкинского, Петродворцового районов и Кронштадта – 18 кв. м/чел. Для сравнения – в федеральном своде правил «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» в качестве минимальной зафиксирована норма площади зеленых зон в 6 кв. м/чел.

По закону о ЗНОП для тех районов, где суммарная площадь ЗНОП «недотягивает» до нормы, установлен запрет на действия, ухудшающие ситуацию. На деле это привело лишь к тому, что в «проблемных» районах затруднено создание новых проектов планировки, если там предусмотрено жилищное строительство, а новых ЗНОПов нет. По существу, это лишь тормозит создание документов одного из видов градостроительной документации. И не более того.

Мы до сих пор сталкиваемся с такими ситуациями, когда ни внутри нового крупного жилмассива, ни вблизи от него может не быть ЗНОПов. Таков, например, микрорайон Кушелевка в Калининском районе (ограничен проспектами Лабораторным, Маршала Блюхера, Кушелевской дорогой и Бестужевской улицей), где в последнее десятилетие построено около 20 тыс. квартир. Отсутствие парков и скверов вынуждает жителей Кушелевки использовать для рекреации Богословское кладбище. Этот пример показывает, что «площадное» нормирование ЗНОПов оказывается малоэффективным.

В связи с описанной проблемой значительный интерес представляет опыт наших западноевропейских соседей – в Финляндии, Швеции, Германии. В крупных городах этих стран муниципальные власти в качестве важного показателя рассматривают расстояние от мест проживания до ближайшей зеленой зоны. Именно на изучение этого показателя направлены исследовательские работы муниципальных специалистов по градостроительному планированию. Так, выяснено, что в Хельсинки два из трех жителей проживают на расстоянии менее 100 м от зеленых зон, для 14% ближайшая озелененная территория расположена в интервале от 100 м до 2 км, а 20% живут на еще большем расстоянии.

В Стокгольме в качестве целевого критерия доступности зеленых зон для жителей принято расстояние в 300 м от жилья. Ориентация на этот показатель при проектировании новых жилых районов привела к тому, что более 90% жилого фонда Стокгольма размещается не далее 300 м от парков или скверов.

Власти Берлина в качестве желательного рассматривают расстояние от жилья до зеленых зон до 500 м. В таких условиях сейчас проживают 2,2 млн жителей, т. е. более 60% берлинцев. В качестве дополнительного критерия озеленения в Берлине применяют такой показатель, как число деревьев на один километр протяженности улицы. В качестве нормы принята величина 82 дерева/км.

Мне представляется необходимым и в нашем городе применить подобный подход. Не отказываясь от площадного нормирования, следует установить критерий по расстоянию от жилья до ЗНОПов. Конкретную величину следует выбрать после проведения картографического исследования, которое должно охватывать всю территорию города. Предлагаемый подход поможет установить дополнительные критерии, которые позволят подойти к проектированию зеленых зон в новых районах массового жилищного строительства.

Создать комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *